— Livet, Livsfilosofi, Tankar —

Fjorton år av död efter ett vackert liv

2018-09-20

20 september 2004.
Vädermässigt var den 20 september 2014 en vacker dag med sensommarsol, blå himmel och hög klar luft, som jag minns det. Jag vaknade dagen gråtandes, precis som alla andra dagar vid den tiden, och skulle avsluta den likadant. Fast värre. Strax innan midnatt samma kväll kom denna speciella dag nämligen att instifta de mest oönskade och paradoxala känslor jag någon gång känt i min kropp samtidigt:
befrielse och lättnad
trängdes med
bottenlös sorg och avgrundsstor saknad på en och samma gång.
Det fanns ett sjudande virrvarr av totalt okontrollerbara känslor att hantera, tillsammans med vetskapen om att inget någonsin skulle bli som förr.
Jag var förstörd.
Nedslagen.
Förintad.
Och samtidigt ändå lättad över att alla dessa segdragna minuter, timmar, dagar, veckor och månader äntligen var över.
Att lidandet var slut.
Fast det var en halvsanning.
En persons lidande tog slut den natten, medan andra personers lidande tog vid.
Så är livet överlag, egentligen.
Brutalt och jävligt i sin natur, med en säker utgång på lur:
Döden.
life death
Cancer och andra liknande sjukdomar gör en annan sak med människor, dessutom.
Förstör.
Inuti och utanpå.
Hos alla inblandade.
Det ställer till det i känslolivet till den grad att man som medlevande och efterlevande ibland ser sin älskades stundande eller faktiska död som en befrielse, samtidigt som döden inte är något annat än den ofrånkomliga, slutgiltiga utgång som skrämmer ihjäl oss och slukar den sista strimma hopp som bitit sig kvar.
Det är när hoppet försvinner som en bit av oss dör.
Så funkar vi människor.
Kort och gott.
Min pappa blev reducerad från glad, livsbejakande människa till sjuk, orkeslös cancerpatient till inget mer än ett torrt dött vitt skinn runt sprött skelett på mindre än nio månader. Ungefär lika länge hade jag precis burit min son. Han hann bli nästan fyra månader när min pappas kropp gav upp för gott. Runt pappas sjuksäng på Hospis osade ett stinkande, svart, sjukt moln av dödsångest och fysiskt lidande av en grad som jag än idag inte riktigt kan ta in.
Hur mycket kan en människa egentligen tåla?
Just idag för fjorton år sedan slapp han åtminstone lida mer.
Fjorton år av död men dessförinnan sjuttio år av liv.
Jag tror jag vet varför vi människor är så rädda för döden.
Det är för att den är sann, oundviklig och omöjlig att förutse när den dyker upp.
Det finns ingen chans att komma undan.
Inget pax, inget slippa-ut-ur-fängelse-kort.
Ingen frisedel, ingen chans att ducka.
Bara en enkelbiljett bort från den här världen.
Och vart?
Det är det ingen som vet.
Det är den där jäkla ovissheten!
Skrämmande obehagligt, i människans värld. Fast a t t den kommer vet vi ju, det kan vi alls vara helt säkra på.
Jag påstår ofta att jag inte är rädd för Döden.
Det är jag inte heller – så länge den infaller när jag levt ett rikt liv och jag är riktigt gammal, skröplig, nöjd och trött.
När jag gjort allt jag ska.
Sagt allt jag vill.
Rest dit jag velat.
Njutit av var dag.
Fast det finns det förstås inga garantier för att jag får göra.
Kanske väntar inte Döden tills jag är klar?
Vem vet.
Allt vi vet är vad vi har, och det vi har är här och nu.
Så lev.
Lev idag och lev rikligt!
För vem vet när sanden i ditt timglas har runnit ut?
twain

facebook Share on Facebook
Twitter Tweet
Follow Follow us

11 429 reaktioner på ”Fjorton år av död efter ett vackert liv”

  4. Eu amei o quanto você será realizado aqui O esboço é atraente, seu material de autoria elegante, mas você fica nervoso por querer entregar o seguinte mal, inquestionavelmente, volte mais cedo, exatamente o mesmo quase muitas vezes dentro da caixa você protege essa caminhada

  14. Добрый день!
    Как не стать жертвой мошенников при покупке диплома о среднем полном образовании
    rushkadiplomik.ru

  18. Привет, друзья!
    Приобрести документ о получении высшего образования можно в нашей компании в Москве.
    rushkas-diplomyxx.ru

  26. What’s Going down i am new to this, I stumbled upon this I have discovered It absolutely useful and it has helped me out loads. I am hoping to contribute & aid other users like its aided me. Good job.

  42. МВД против участников СВО

    Так называемое уголовное дело «Лайф-из-Гуд» – «Гермес» – «Бест Вей», состряпанное питерским главком МВД России совместно с рядом сотрудников ЦБ, выглядит весьма невзрачно – особенно на фоне громких заявлений, звучавших от руководителей Министерства внутренних дел на всю страну: сотни миллиардов ущерба, десятки тысяч «пострадавших». И при этом только 221 гражданин, признанный следствием потерпевшим, с суммой ущерба отнюдь не в миллиарды, а в 282 млн рублей. Ложь прозвучала из уст министра Колокольцева с трибуны Совета Федерации, его пресс-секретарь Волк разместила лживые сведения во всех федеральных СМИ.

    В уголовном деле претензии предъявляются иностранной компании «Гермес», маркетинговым представителем которой была фирма «Лайф-из-Гуд» – однако «ответчиком» по этим претензиям следствие ГСУ ГУ МВД по Санкт-Петербургу и Прокуратура Санкт-Петербурга пытаются сделать кооператив «Бест Вей». Следствие, выходя за грань абсурда, утверждает, что иностранная компания «Гермес» и некоммерческая управляемая своими пайщиками организация «Бест Вей», между которыми не было ни одной бухгалтерской проводки, вместе с «Лайф-из-Гуд» якобы образовывали «холдинг под единым брендом».

    При этом уже более двух лет сначала по ходатайству ГСУ ГУ МВД по Санкт-Петербургу, а затем Прокуратуры Санкт-Петербурга арестованы 4 млрд. на счетах кооператива, хотя ущерб в обвинительном заключении – 282 млн рублей, и даже (незаконная) обязанность выплатить его в отношении кооператива никак не повлияла бы на его ликвидность. Однако цель – правдами и неправдами забрать именно 4 млрд.

    Ущерб – и материальный, и моральный – уже нанесен и продолжает наноситься десяткам тысяч пайщиков кооператива «Бест Вей», которые более двух лет не могут приобрести недвижимость, на которую собрали деньги – тем более что квартиры существенно подорожали, или забрать собранные средства, которые лежат без движения и обесцениваются.

    Среди этих пайщиков – сотни участников СВО, которые защищают Родину с оружием в руках – но в тылу по отношению к ним совершается преступление: их пытаются лишить жилья и денег.

    Преступная следственная группа
    Уголовное дело дурно пахло изначально. Выяснилось, что «нулевая» потерпевшая Наталья Школьник, с которой началось уголовное дело, не сама подала заявление в правоохранительные органы – оперуполномоченный УЭБиПК ГУ МВД по Санкт-Петербургу майор полиции Алексей Машевский ездил к ней за заявлением в Республику Коми: то есть дело было срежиссировано. Кстати, Школьник на заседании Приморского районного суда отказалась от статуса потерпевшей по этому уголовному делу, который был ей присвоен следствием.

    При этом Школьник и другие из самой первой группы «потерпевших» имеют отношение к созданию кооператива «Вера» – копии кооператива «Бест Вей», которую создала группа бывших участников «Бест Вей» как проект. Этот кооператив пытался оттянуть у «Бест Вей» пайщиков.

    За уголовным делом стоит альянс силовиков и мошенников – преступное сообщество под эгидой МВД. Силовики предложили мошенникам силовой ресурс для рейдерского захвата, чтобы отнять имущество кооператива и вместе поделить.

    Любопытно, что относительно недавно одна из экс-членов следственной группы – майор юстиции Зайцева, была поймана вместе с коллегой на взятке в 8 млн. рублей, которую они вымогали по другому уголовному делу.

    Следственную группу возглавляла майор, затем подполковник юстиции Екатерина Сапетова (по завершении расследования она уволилась из МВД) – систематически занимавшаяся подлогом сама и организовывшая подлог с помощью подчиненных следователей. Ее дело продолжил новый руководитель следственной группы – замначальника ГСУ ГУ МВД по Санкт-Петербургу полковника юстиции Александр Винокуров (Сапетова формально перешла на позицию его заместителя). Он издал постановление о признании кооператива гражданским ответчиком по уголовному делу на 16 млрд рублей – заведомо подложное, так как в уголовном деле вообще не оказалось исковых требований к кооперативу.

    Следствие совершило и другие преступления.

    Взятие заложников. Следственные действия были завершены в июне 2023 года притворно – чтобы не выпускать из тюрьмы обвиняемых, от которых следствие добивалось показаний. Если бы следствие было продлено в июне прошлого года, их пришлось бы отпустить, так как в августе у четверых обвиняемых истекал предельный срок содержания под стражей.

    Следствие, как установил тот же Приморский районный суд, рассматривающий сейчас уголовное дело по существу, не проинформировало участников процесса о завершении следственных действий, а потом заявило, что никто из гражданских истцов и ответчиков не выразил желания ознакомиться с материалами – ему нужно было поскорее приступить к процедуре ознакомления обвиняемых с материалами уголовного дела и на этом основании добиться у суда продления им «стражи».

    Чтобы держать их в заложниках – и добиваться оговора других граждан в обмен на изменение меры пресечения.

    Притворное завершение следственных действий. Фактически следственные действия не завершались – они продолжались весь период, когда происходило ознакомление обвиняемых с материалами уголовного дела, что также является грубейшим нарушением УПК. В результате количество потерпевших уже в период финальных процессуальных мероприятий в рамках предварительного расследования, накануне передачи обвинительного заключения в прокуратуру для утверждения, увеличилось с 198 до 221.

    Подделка документов. Приморский районный суд Санкт-Петербурга установил, что следственная группа шла на подделку документов – задним числом отправляла адвокатам кооператива документ о том, что удовлетворила ходатайство об ознакомлении с материалами уголовного дела, а потом обвинила адвокатов в том, что они якобы «пропустили» письмо. Адвокатам удалось доказать ложь следствия – она была подтверждена Приморским районным судом, и прокуратура не решилась оспаривать это решение: оно вступило в законную силу.

    Неисполнение решений судов. Неисполнение судебных постановлений – уголовное преступление, на которое следствие шло несколько раз.

    Например, в марте прошлого года Приморский районный суд отказался продлить арест двух из трех счетов кооператива, и следствие прямо заблокировало исполнение этого судебного решения, выдав соответствующие предписания службам безопасности банков.

    Принуждение граждан к тому, чтобы они подали заявления в качестве потерпевших. Группу потерпевших собирали более трех лет, набрали только из 221 человека, хотя количество клиентов компании «Гермес», в отношении которой выдвигаются претензии, по данным самого следствия, более сотни тысяч. При этом среди потерпевших есть немало тех, кто предъявляет претензии на суммы менее 100 тыс. – то есть набирали для количества.

    «Потерпевшие» не имеют никаких внятных претензий к «Гермесу» – все их претензии в основном оказываются ложью, за которую они ответят после окончания суда.

    Объявление безналичных денежных средств кооператива вещественным доказательством, хотя это прямо противоречит постановлению Конституционного суда, запрещающего объявлять вещдоками нематериальные активы: вещественными доказательствами могут быть только вещи, на которых могут оставаться следы преступления.

    Заведомо необоснованные требования о возмещении ущерба. По инициативе следственной группы двое «потерпевших» в октябре прошлого года написали заявления о моральном ущербе на 1 млрд рублей каждое. Это заведомо ничтожные заявления – вызвавшие смех в зале Приморского районного суда, потому что суды по событиям, не связанным с причинением смерти, присуждают моральный ущерб в размере нескольких десятков тысяч максимум.

    Именно члены оперативно-следственной группы и их кураторы из питерского главка МВД и федерального МВД, а не 10 ни в чем неповинных людей – технических сотрудников или родственников руководителей компании «Лайф-из-Гуд» – должны сидеть на скамье подсудимых.

    Питерская прокуратура покрывает преступления
    Печально, но на все эти нарушения не отреагировала Прокуратура Санкт-Петербурга. В деле есть показания так называемых потерпевших о том, что они получали доход по счетам «Виста» – то есть факт кражи опровергается их собственными показаниями.

    Есть две бухгалтерские экспертизы криминалистического центра Минюста: в обеих утверждается, что 81% средств кооператива «Бест Вей» шел на приобретение недвижимости, а 19% – на обеспечение деятельности кооператива: маркетинговые траты, налоги, зарплаты сотрудникам и пр. При этом средства на эти нужды шли не из паевых средств кооператива, а из вступительных и членских взносов – получается, что паевые средства на 100% расходовались на покупку недвижимости для пайщиков. То есть бухгалтерские эксперты Минюста подтвердили, что в деятельности кооператива не было вывода средств пайщиков.

    Таким образом, само следствие положило в дело полный комплект документов, который полностью опровергает его выводы обвинения. Именно поэтому после передачи дела и обвинительного заключения в прокуратуру адвокаты обвиняемых и адвокаты кооператива призывали прокуроров вернуть дело на доследование. Но прокуратура не прислушалась – и без стеснения поддерживает государственное обвинение по этому липовому делу.

    Военные требуют наказать горе-правоохранителей
    Такие подручные министра Колокольцева, как начальник питерского главка МВД генерал Плугин, превратили полицейское ведомство в антинародное образование, которое уничтожает экономику, честный бизнес, разоряет налогоплательщиков.

    Сам министр Колокольцев врет Совету Федерации, врет правительству, врет Президенту – врет, врет и врет, выдумывает громкие дела с помощью своей помощницы Ирины Волк и других членов собственной команды.

    Более того, ведомство выступило против армии и участников СВО, нанося им прямой ущерб в тылу. Действия МВД вредят обороноспособности и подрывают престиж военной службы.

    Военные требуют наказать горе-правоохранителей, попирающих их права, и обращают на это внимание нового министра обороны Андрея Белоусова. Вся мафиозная группировка – Сапетова, Винокуров, Машевский, начальник ГСУ питерского главка МВД Негрозов, начальник ГУ МВД по Петербургу и их кураторы и «крыша» в Москве – замначальника Следственного департамента МВД Вохмянин, пресс-секретарь министра Волк, замминистра по следствию Лебедев, сам министр Колокольцев – должна предстать перед судом, и их надо судить по законам военного времени.

    А узники, почти три года томящиеся в тюрьме без приговора суда, должны быть срочно отпущены.

    Надеемся, суд восстановит справедливость в этом деле, освободит невиновных и накажет тех, кто действительно совершил преступления против граждан и страны.

  47. Привет, друзья!
    Как безопасно купить диплом колледжа или ПТУ в России, что важно знать
    rushkadiplomik.ru

Kommentarer är stängda.